Эмоции и их выражения: где грани?

Последнее время какой бы темой я ни занялась, она выводит меня на разоговор об эмоциях, о том, что с ними делать, как выражать и выражать ли, что здесь «правильно», а что – нет. Тема так называемого «эмоционального интеллекта» - мейнстрим современного бизнеса. Помню, как в рамках одного стартапа мне предлагали создать по этой теме тренинг. Читая литературу по этой теме, заметила такую родительски-категоричную ноту: вы должны быть такими-то и такими-то, если вы такие, то будете успешны, если нет, то неграмотны вы эмоционально и беда вам будет, а не развитие в бизнес-среде. При этом сами же авторы сетовали, что натренировать показатели эмоционального интеллекта проблематично, ибо они тренируются долго; трудно понять, как именно это тренировать, а еще труднее измерить исходные показатели и достигнутый результат.
В этом смысле, конечно, честь и хвала Клоду Стайнеру, который взял и создал, на мой взгляд, самую простую, гениальную и понятную модель работы с эмоциями и ввел понятие эмоциональной грамотности.
То, что первый шаг в работе с эмоциями – это научиться слышать свои эмоции и признавать их не отрицая – затверженная психологами истина, об этом мои коллеги не устают говорить на сессиях. Стайнер, кстати, приводит интересный факт: многие жестокие убийцы отмечали, что совершали жестокости и зверства потому, что только в этот момент ощущали себя живыми, могли что-то чувствовать – такими «онемевшими» были их чувства в повседневной жизни. Ответ «я не знаю» на вопрос психолога «что Вы чувствуете?» - нередкий в практике специалиста.
И отрицание чувств зачастую родом из детства, когда к чувствам ребенка нет достаточного внимания, или какое-то из чувств вообще оказывается «вне закона». Мне вспоминается случай одного ребенка-тикера, парня лет 10, имевшего на поверку конфликт с одноклассником, который его травил. На сессии, рисуя свою самооценку, он вместе с собой изобразил весь класс, а особенное внимание досталось обидчику: его недостатки прорисовали очень тщательно, зачеркали фломастером, ручкой, а напоследок вообще разорвали его изображение. Психолог был доволен: ребенок отреагировал сильную эмоцию. Мама же была в культурном шоке: «как так можно!!!»
Тут приходит на ум модное у психологов словосочетание «контейнировать эмоции» и истина, затверженная уже психологами детскими: у ребенка эта способность ограничена. Если не признавать/запрещать/отрицать детские эмоции, ничем хорошим для будущего взрослого человека это не закончится. В приведенном мной примере эмоция – это еще не действие. И воспитание социально приемлемого поведения ребенка (никто же и не говорил, что этого не надо делать) тут должно идти параллельно с пониманием и принятием его эмоций. Например, когда трехлетка со словами «ты дула!» машет на Вас кулачками за то, что Вы не дали ему конфетку, вполне корректно сказать: «я вижу, что ты очень расстроен и злишься, но драться нельзя». При этом эмоция должна быть признана и разделена, понята, потому что ребенку ее выносить очень сложно. Потому он и кулачками машет. Это и называется «контейнировать эмоцию ребенка».
Нам многим с детства говорят, что надо «контролировать эмоции», чаще всего подразумевая под этим их подавление, отрицание. А как Вы можете контролировать то, существование чего Вы отрицаете? Между тем, эмоции – это не хорошо и не плохо, это сигнал, что в этом нужно разобраться. Симптом. Как только Вы признаете ее наличие, появляетесь не Вы, затопленные, например, яростью или болью, появляетесь Вы и ярость. Она Ваша, она в Вас, но Вы – это больше, чем она. И логично возникает вопрос: а на что именно я так разозлился? Что я могу сделать, чтобы больше со мной такого не случалось? А вот это уже – рациональные Взрослые оценка ситуации и действие. Со всеми вытекающими принятием на себя ответственности за свои переживания (а почему нет? чувствовать – не преступление), с диалогами с другими, «я-посланиями»и т.д.
Чувства – это нормально, нет плохих чувств, и чувствовать не только радость, но и боль, и гнев – не предосудительно. Правда, интересно то, что на практике случается и другая системная ошибка: когда в этом месте ставят точку, не продолжая далее логический анализ их возникновения, не беря на себя ответственность за них, не идя по пути логики и разумных действий. Эта ошибка срабатывает так: наши чувства были под запретом потому, что они были неудобны окружающим. Подавлять себя в угоду окружающим - игра в позиции Жертвы. Разрешая себе эмоции, мы впадаем в другую крайность: мы теперь будем их выражать громко, без стеснения и не заботясь о том, что там будет с этими самыми окружающими – мы и так очень долго себя из-за них подавляли!
Согласитесь, однако, что признавать, что Вы злитесь на оппонента и, простите, бить ему морду – не одно и то же. Первое - ок, ибо просто эмоция и нужна для привлечения внимания и анализа. Второе - совсем не ок, ибо насилие, нарушение чужих границ. Такое же насилие, как и запрет на Ваши чувства в свое время. Крик на оппонента есть то же насилие, что и избиение, ибо это избиение моральное. Такое проявление Ваших эмоций - нарушение чужих границ, неумение контейнировать чувства уже своего внутреннего Ребенка и донести мысль по Взрослому. Признак того, что эмоции владеют Вами, а не Вы ими.
Признавать и контролировать – это реагировать на сигнал, подаваемый эмоцией, на свое ощущение, ощущение, рождаемое внутренним Ребенком. Включать внутреннего Заботливого Родителя, чтобы помочь своей Детской части справиться с эмоцией, подобно тому, как реальные родители помогают в этом своему реальному ребенку: пожалеть, принять, понять, что тяжело. Может быть, оградить себя от неприятного переживания. А вот как оградить – на то и есть в нас Взрослая, логическая, думающая часть. Которая поможет понять, на что это реакция и что и как можно сделать, чтобы это не было так травматично. И соблюсти при этом границы. Ваши. И чужие. Потому что игра и насилие начинаются там, где ломаются границы.